Пьяный идет кренделями, лапы в татуировке.

– Ты, алкаш, – говорю чужим голосом, – в морду хошь? – и пихаю его.

Он хоть бы шелохнулся, будто и не трогал его никто, знай себе дальше следует.

Чувствую – сознание теряю, дыхание вроде исчезает.

Иду куда глаза глядят по Московскому проспекту.

Мимо универмага иду. Зеркальные витрины во всю стену, улица отражается, прохожие, небо.

Иду… и боюсь повернуть голову.

Не выдержал. Повернул.

Остановился. Гляжу.

Все отражалось в витрине.

Только меня не было.

Я изо всей силы, покачнувшись, ударил в зеркальное стекло каблуком. И еще.

И оно не разбилось.